Осенью 2023 года усилилось недовольство семей мобилизованных. После более чем года участия мужчин в боевых действиях, многие жёны и матери стали открыто выражать протест против неопределённости сроков службы. В ноябре по всей стране появились массовые петиции с требованием ротации, отпуска или полного возвращения мобилизованных.

Несколько групп женщин начали записывать видеообращения с критикой отсутствия ясных сроков и тяжёлых условий. Несмотря на запреты публичных акций, в некоторых городах прошли стихийные собрания, которые быстро разгонялись полицией. Людей предупреждали о «недопустимости дискредитации армии», что усилило напряжение.

При этом военные власти заявляли, что ротация идёт «постепенно», но семьи не видели изменений. На фоне растущих потерь и ухудшения психологического состояния военнослужащих, общественное давление усиливалось. Социологи отмечали, что тема мобилизации стала самым болезненным вопросом для многих российских регионов — особенно тех, где военнослужащих мобилизовали больше всего.

Ноябрь 2023 года стал моментом, когда страх уступил место разочарованию. Люди, которые год назад пребывали в неопределённости, теперь начали требовать конкретики, и государству стало сложнее игнорировать такие запросы. Общественное недовольство впервые вышло за рамки интернет-форумов — оно стало частью повседневной реальности миллионов семей.

В октябре прошли местные выборы в ряде регионов России. На бумаге — высокая явка, “стабильные” результаты, “единые” победители. Но внутри — подозрения на фальсификации, давление на СМИ, на наблюдателей, нежелание признавать жалобы.

В ряде городов жители жаловались: списки избирателей содержали ошибки, наблюдателей не пускали, бюллетени выдавали без проверки удостоверений. Несколько инициативных групп пытались заявить о нарушениях, но их голоса заглушили — официальные итоги объявили почти сразу, и всех недовольных оставили без ответа.

Для многих реформы выборов, “обновление элит” — вновь оказались фикцией. Люди, которые надеялись, что хотя бы на местном уровне начнётся смена — тяжело разочаровались.

Октябрь 2023-го стал символом того, что “демократия по расписанию” — это лишь форма, и что без честных правил правды не добиться.

Осенью 2023-го бизнес-сообщество вновь заострило внимание на проблемах, которые тормозили экономическую активность: дорожные и логистические сложности, дефицит качественной логистики и высокий выход на внешние рынки. 

Многие компании, даже при наличии спроса и готовности производить, оказались неспособны вывести товары на экспорт: дорогие транспортные расходы, санкции, нестабильный курс валют, сложности с доставкой — всё это делало экспорт малорентабельным. Особенно тяжело пришлось промышленным и технологическим компаниям.

Эти проблемы затормозили модернизацию, внедрение новых технологий и уменьшили инвестиционную привлекательность. Для России это стало проблемой: страна, ориентировавшаяся на экспорт сырья, пыталась развивать индустрию, но логистика и внешнеэкономическое давление ставили задачи всё сложнее.

Октябрь 2023-го стал показателем системных проблем: даже при росте ВВП, росте потребления, государственном стимулировании — бизнес сталкивался с инфраструктурными и внешнеторговыми ограничениями, которые серьёзно мешали развитию.

Осенью 2023-го открыт новый созыв парламента. Формально выборы прошли, новые партии участвовали — но итог был ожидаем: большинство мандатов опять досталось сторонникам власти. Изменений в составе — минимум. Молодые лица, новые партии — остались в тени более крупных игроков, прежняя элита сохранила позиции.

Для аналитиков этот парламент стал символом стагнации: декларируется обновление, но по факту — сохранение прежней структуры. Соответственно, шансы на крупные реформы, на переосмысление политического курса, на демократические сдвиги выглядят призрачными.

Общество встретило новую Думу без ожиданий: протесты слабые, апатия — высокая. Многие граждане считают, что любые надежды на перемены — пусты.

Сентябрь 2023-го показал: даже после обещания “нового”, “молодёжного” парламента — внутри всё остаётся по-старому. Политический сценарий повторяется, а народная вера в перемены — угасает.

Автор: Цовинар Назарян

Проблема насилия и безнаказанности в Вооружённых силах Армении продолжает оставаться предметом серьёзной общественной обеспокоенности. На протяжении многих лет изучая эту тему — и как журналист, и как сестра военнослужащего, который был убит в армии, — я многократно сталкивалась с историями семей, которые знают, что означают «страх», «молчание», «давление», «безнаказанные виновные».

На этот раз в центре общественного внимания находится дело Рафаэля Ераноссяна, демобилизованного несколько месяцев назад, который после службы инициировал публичную борьбу с целью защиты прав солдат и оглашения системных нарушений в армии.

Рафаэль Ераноссян был призван в феврале 2021 года. Согласно представленным им фактам, с первых же дней службы к нему сформировалось негативное отношение — обусловленное политической позицией его отца. Отец Ераноссяна известен как лицо, занимающееся оппозиционной деятельностью, которое публично критиковало действующие власти, в том числе политику, проводимую премьер-министром Николом Пашиняном.

По утверждению Ераноссяна, он подвергался психологическому давлению, публичным унижениям и физическому насилию. Жалобы, поданные его семьёй, не дали никакого результата, ни одно лицо не было привлечено к ответственности.

«У меня есть обоснованные подозрения, что несколько моих сослуживцев, как и мой друг Артур Казарян, были убиты в армии, но их случаи смерти официально были квалифицированы как самоубийство или несчастный случай», — утверждает Рафаэль.

В феврале 2023 года после демобилизации Ераноссян обратился за помощью к специалистам — юристам, правозащитникам, чтобы правовыми способами оформить свои заявления-жалобы и направить их в соответствующие органы. По словам Рафаэля, он решительно настроен добиться справедливости и своим примером призвать других не молчать.

Чтобы придать своей жалобе больший вес, он инициировал сбор подписей и вовлёк своих сослуживцев, а также тех, кто во время обязательной военной службы по разным мотивам подвергался насилию, присоединиться к инициативе и поднять вопрос вплоть до ЕСПЧ.

«Мой адвокат уже готовит жалобу, а также мы с рядом активных и принципиальных молодых людей сейчас намерены зарегистрировать НПО под названием „Во имя защитника Отечества“ и сформировать независимую платформу для защиты прав солдат».

История Рафаэля Ераноссяна — это не история одного человека. Она касается более широкой проблемы — защиты прав человека в вооружённых силах, прозрачности причин небоевых смертей и политических репрессий, от которых никто не застрахован в Армении. Рафаэль Ераноссян на собственной коже ощутил всю тяжесть государственного аппарата.

Эта история — напоминание о том, что молчание никогда не может быть решением.

Июнь 2023-го вошёл в историю России мятежом частной военной группы «Wagner». Лидеры группы объявили «марш справедливости» на Москву, обвинив официальную армию в предательстве и требовали справедливого отношения к своим бойцам.

Как только «Wagner» двинулась к столице, власть резко отреагировала: были возбуждены уголовные дела, многие лидеры организации объявлены вне закона, начались интенсивные переговоры с участием третьих сторон. В результате «марш» был остановлен менее чем в 200 км от Москвы — по итогам договорённостей часть бойцов должна была отойти на территорию Беларуси.

Это событие потрясло общество: с одной стороны, «Wagner» воспринимались как силовой оплот, участвовавший в войне; с другой — их попытка штурма столицы дала чёткий сигнал, что внутри России возможно вооружённое мятежное движение. Много обсуждений вызвало доверие к армии, стабильность власти, риск дестабилизации.

Июнь 2023-го стал месяцем, когда государство столкнулось лицом к лицу с внутренним вызовом, который мог перерасти в масштабный кризис.

Весной 2023-го члены крупного российских бизнес-сообщества отметили, что ключевое событие для экономики — резкое повышение ключевой ставки Центробанка до 16%. 

Это ударило по малому и среднему бизнесу: кредиты стали дорогими, инвестиционные проекты — трудновыполнимыми, расходы компаний — выросли. Особенно тяжело пришлось тем, у кого обороты «нарастали» на базе ожиданий спроса, но при высокой ставке даже оборотный капитал стал рисковым.

Компании, ориентированные на экспорт, жаловались на логистические сложности, высокие издержки, неопределённость. Многие старые контракты оказались невыгодны, а новые — почти недоступны. В таких условиях бизнес-сообщество говорило о оттоке инвестиций, задержках в модернизации и угрозе сокращений.

Для экономики в целом это стало испытанием: на фоне санкций, внешней нестабильности и войны, резкое ужесточение денежной политики создало дополнительное бремя. Май 2023-го оказался временем, когда бизнес начал пересматривать свои стратегии, оценивать риски и выживать в новых жестких условиях.

В марте парламент одобрил поправки в уже действующий закон о “дискредитации армии и дезинформации”: теперь за “неправильную” информацию о действиях вооружённых сил можно получить до 10 лет лишения свободы — не только штраф, как прежде.

Это изменение повлекло за собой волну преследований: несколько известных телеграм-каналов были признаны “экстремистскими”, их администраторы — задержаны. Независимые журналисты, ранее освещавшие гуманитарные последствия войны, начали получать предупреждения, и часть из них эмигрировала.

В соцсетях и чатах участились случаи блокировок незаангажированных групп, посвящённых войне и ее последствиям. Граждане стали массово удалять из истории посещений форумы и каналы с критикой властей, опасаясь, что их “зацепит”: достаточно было лайка или репоста, чтобы вызвать подозрение.

Март 2023-го стал месяцем, когда законодательная база наконец изменилась: свобода слова, критика власти, публичная дискуссия о войне — всё это начало восприниматься не как гражданская позиция, а как угроза.

Для многих россиян — особенно старшего поколения — это стало поворотом: говорить правду стало опасно, а молчание — почти обязательной формой самозащиты.