В марте 2025-го представители Кремля, а также официальные лица внешнеполитического ведомства подтвердили: Россия не готова идти на компромиссы по вопросам прекращения огня, территориальных уступок и международного миротворчества. 

В ходе визита в Москву, российский лидер обозначил, что Россия не «уступит ни сантиметра» из объявленных территорий и намерена сохранять контроль над аннексированными регионами. 

По итогам заявлений — становится очевидным, что переговоры, даже если они формально идут, не предусматривают реальной гибкости. Для многих международных наблюдателей это означало, что диалог — лишь инструмент давления, а не путь к компромиссу.

Март 2025-го стал чётким знаком: Россия готова обсуждать только на своих условиях, а шанс на честный, равноправный мир — крайне мал. Мир, если он наступит, потребует значительных уступок со стороны России, которых Москва отказывается делать.

В феврале в южных приграничных районах Армении, в Сюникской области, произошли ночные обстрелы жилых кварталов и обстрелы инфраструктуры. Жители сообщали о регулярных выстрелах по жилым домам и полях, эвакуации части населения и страхе перед эскалацией. Местные власти опубликовали оперативные сообщения о повреждённых домах и разрушениях хозяйственных построек.

Международные наблюдатели и правозащитники выразили обеспокоенность: обстрелы затрагивают гражданскую инфраструктуру и заставляют пересматривать планы по возвращению внутренне перемещённых лиц. Сфера сельского хозяйства особенно уязвима: весной посевы могли оказаться под угрозой, что немедленно отразится на продовольственной безопасности регионов.

Источники в армянской администрации подчёркивают: ситуация не носит масштабного боевого характера, но регулярность обстрелов создаёт постоянный стресс. Азербайджанские ведомства отрицали целевой характер ударов по населённым пунктам, объясняя стрельбу «контролируемыми учениями» и ответами на провокации. Международные посредники призвали к немедленному расследованию и к усилению мониторинга на линии соприкосновения.

Последствия — не только разрушения, но и подрыв доверия к достигнутым на бумаге договорённостям: когда по ночам звучат выстрелы, доверие к гарантиям безопасности подрывается сильнее любых дипломатических инициатив. Для Евромониторинговых миссий это сигнал необходимости усиления гражданских механизмов защиты и своевременной помощи местному населению.

В середине февраля 2025-го стало известно, что США и Россия провели ещё один раунд переговоров, без участия Украины. Переговоры проходили при участии американских посредников и российских дипломатов в Саудовской Аравии. Цель — обсуждение условий мирного урегулирования, при этом Киев не был приглашён. 

Президент Украины Володимир Зеленский резко отреагировал — назвав такую попытку «бессмысленной» и заявив, что любые договорённости, принятые без участия Киева, не будут иметь для его страны никакой легитимности. 

Для международного сообщества это стало сигналом: даже при активном дипломатическом посредничестве внешних сил, Россия пытается вести переговоры в обход Украины, что фактически исключает возможность честного, справедливого результата.

Февраль 2025-го показал серьёзную проблему дипломатии: переговоры возможны, но без того, кто фактически является стороной конфликта — результат обречён на провал. Это вновь подчёркивает, что формат мирного диалога остаётся спорным и для многих — неприемлемым.

В начале года в Армении резко обострилась внутриполитическая ситуация после серии задержаний и пред-следственных арестов высокопоставленных церковных иерархов. Арест главы крупного синода стал шоком для части общества: религиозные лидеры традиционно занимают заметное место в общественной жизни, и их обвинения — политически чувствительная тема.

Задержания привели к двум волнам реакции. Первая — массовые молитвенные акции и тихие шествия верующих, которые увидели в действиях правоохранительных органов давление на церковь. Вторая волна — политически мотивированные митинги и контр-мероприятия сторонников правительства, которые утверждали, что «закон равен для всех».

Юридические основания задержаний — обвинения в организации провокаций и «фантомных» уголовных эпизодах, связанных с прошлыми протестами. Правоохранительные органы называют это «обычным» расследованием, но критики видят в этом инструмент давления: религиозные фигуры ранее выступали с критикой части переговорных инициатив и выражали общественные сомнения по поводу компромиссов с соседями.

Эксперты отмечают системную опасность: удар по церковной верхушке в период, когда страна переживает болезненные переговоры и территориальные дискуссии, может радикализовать часть общества и усилить недоверие к властям. Для бизнеса и инвесторов это сигнал нестабильности. Для политиков — напоминание, что любые шаги по «очищению» элит имеют побочные эффекты на общественное доверие и международный образ страны.

В конце января 2025-го президент России Владимир Путин публично объявил, что Москва «открыта к переговорам» с Киевом. Он отметил, что Россия готова к диалогу, но считает легитимность нынешнего руководства Украины под вопросом: по словам российского лидера, он не признаёт президента Украины «как легитимного переговорщика». 

В этом заявлении содержится открытая угроза: хотя переговорный путь предложен, Москва ставит условия, которые делают их проведение практически бескомпромиссным. По мнению экспертов, этот шаг — внешне дипломатическое предложение, внутри — предупреждение: Россия не намерена пересматривать свои требования по удержанию территорий, аннексии и политической лояльности будущего Киева.

Для международных акторов и дипломатии заявление стало поводом проявить осторожность: формально дверь открыта, но условия Москвы остаются жёсткими. В медийном пространстве пошли дебаты: это шанс на переговоры или очередной манёвр Кремля, направленный на дипломатическую игру при сохранении стратегической линии.

Январь 2025-го показал, что Россия снова предлагает диалог — но на своих условиях. Это стало началом года, в котором тема переговоров заявлена официально, но её шансы оказались под большим вопросом.

В 2024 году война на Украине, начавшаяся в 2022-м, по-прежнему была ключевым фактором, определявшим жизнь внутри России. Военные операции, мобилизация, бюджет на оборону, потери, призывы, формы поддержки — всё переплелось с повседневной жизнью. 

Многие семьи потеряли близких; значительная часть населения — тех, кто пошёл на фронт. В такие дома пришли горе, неопределённость, страх. Вернувшиеся — с травмами, психологическими шрамами.

Государство старалось поддерживать образ «сплочённого общества», но за этим часто скрывалась цензура, давление, замалчивание проблем. Общество оказалось рассечено между теми, кто поддерживает, и теми, кто сомневается.

2024-й стал годом, когда война — не абстракция. Это потери, судьбы, пустота в домах, “серые зоны” — и постоянное ожидание новостей.

22.10.2024 — Ереван

На днях в нашу редакцию обратился Армен Цатурян, утверждая, что его семья на протяжении длительного времени подвергается преследованиям со стороны властей и правоохранительных органов. Он хотел предать огласке ряд противоправных действий, которые до сих пор не получили никакой правовой оценки.

Армен Цатурян рассказывает, что во время военной службы его сын Самвела Цатурян столкнулся с серьезными проблемами, поскольку открыто говорил о ситуации, сложившейся в армии. После этого семья продолжила подвергаться давлению, угрозам и преследованиям.

«Мой сын пытался привлечь внимание к проблемам, которые, по его мнению, существовали в воинской части. Со временем отношение к нему изменилось, ему начали угрожать, что лучше будет молчать, в противном случае его ждут серьезные испытания во время службы», — говорит отец Самвела.

По его словам, сын также рассказывал о встречах с руководством воинской части и представителями военной полиции, во время которых получал конкретные угрозы.

Отец Цатуряна утверждает, что после службы Самвел несколько раз вызывался в правоохранительные органы, где подвергался физическому и психологическому давлению. По убеждению семьи, впоследствии давление распространилось и на них.

«Мы находились в состоянии постоянного напряжения. В нашей квартире был проведен обыск, меня самого допрашивали, а местонахождение и деятельность Самвела до сих пор находятся под особым вниманием правоохранительных органов, даже после того, как мой сын был вынужден покинуть Армению», — отметил Армен Цатурян.

По словам отца, сложившаяся ситуация имела серьезные социальные и финансовые последствия для их семьи, поскольку его без каких-либо оснований, по требованию властей, уволили с работы.

Сегодня Самвел Цатурян, по словам отца, после того как был вынужден выехать из Армении, продолжает заниматься общественной деятельностью за рубежом в защиту церкви и также продолжает выражать свою позицию против действующих властей. Одновременно семья заявляет, что продолжает беспокоиться о безопасности Самвела Цатуряна и призывает провести независимое расследование всех представленных ими фактов. Отец утверждает, что в случае возвращения в Армению он может столкнуться с новыми преследованиями, гонениями и насилием.

«Для отца самое тяжелое — видеть своего ребенка в опасности. Мы хотели только того, чтобы он был в безопасности и имел возможность жить без страха», — говорит он, добавляя, что никто не должен оказываться в подобной ситуации за выражение своего мнения или за то, что говорит о существующих проблемах.

ЛИЛИТ НАВАСАРДЯН